Какой он, старый Курган Эдуарда Алексеева?

IMG_4506

В Областном культурно-выставочном центре открылась персональная выставка курганского художника

Художник Эдуард Алексеев подписывает свои картины, сокращая фамилию, обрывая ее окончание, как бы намекая на продолжение и творческих поисков, и новых встреч со зрителями. Получается коротко, напористо и звучно – Алекс…

Уважение и признание своих коллег, искусствоведов и любителей изобразительного искусства Эдуард Алексеев, более четверти века живописующий родной Курган, заслужил давно. «Виной» тому не только хорошее образование (он учился в Свердловском художественном училище и в Харьковском художественно-промышленном институте), не только активное участие в выставках от областных до международных и награды, полученные там, к примеру, золотая медаль в номинации «Живопись» на региональной выставке «Урал» 2008 года в Челябинске. Прежде всего, уважение культурного сообщества, выказываемое Алексееву, обусловлено признанием неповторимости его стиля.

Его сине-лиловые и красно-розовые художественные высказывания о Кургане, о жизни русской провинции глубоки и многозначны. Это о смысле, о содержании произведений Эдуарда Алексеева. Если же говорить о их форме, декоративности, то они поразительно органично выглядят как в музейных залах, так и в офисных интерьерах и в частных коллекциях. На авторитет художника работает и его педагогическая деятельность. С 2004 года он преподает в детской художественной школе № 1, в которой когда-то учился и сам, а с прошлого года еще и в Курганском госуниверситете на кафедре технологии и дизайна.

IMG_4535_copy

Начиная с сорокалетия, Алексеев с завидной регулярностью по круглым для своей биографии датам через каждые пять лет устраивает персональные выставки. Помнится, на прошлой,  в этом же зале, художника спросили:

— Почему у вас так мало портретов?

Тогда Эдуард Алексеев ответил так:

— Ну, наверное, следующая моя выставка будет портретной.

Своего обещания пятилетней давности он, конечно, не сдержал. Большинство городских пейзажей художника всегда были безлюдными и безмолвными. Вот и на нынешней выставке настоящих портретов всего два, но зато каких! Это портреты писателей – Николая Гоголя и Михаила Булгакова. Их можно считать неразделимым диптихом. Единство замысла художника подчеркивается одной формой и даже одинаковым форматом портретов. Но главное заключается, конечно, в том, что Гоголь и Булгаков писатели одного ряда,  мистические мотивы в творчестве которых во многом выросли из окружающей их провинциальной жизни.

Задний план у портретов соответствующий: Булгаков изображен на фоне городка, а Гоголь на фоне сельского местечка, возможно где-то близ Диканьки, где по улице ползет арба, запряженная волами.

Портреты портретами, но вряд ли Алексеева отпустит его любимая тема – пейзаж старого города, тихая жизнь провинции. Нынешняя экспозиция из четырех десятков работ, кстати, называется «Из жизни русской провинции». Город для Эдуарда Алексеева – нечто особое. Художник запечатлевает то состояние города, когда он уже скинул деревенскую одежку, но еще ничего не знает о небоскребах. Это тихий, несмотря на говор людей и лай собак, город. Здесь скрип старых усадебных ворот, стон потемневших от дождя крыш и шорох листьев важнее шороха автомобильных шин.

Свои безлюдные пейзажи Алексеев «заселял» постепенно. Отмечая творческий рост и эволюцию художника от безмолвных пейзажей к картинам-притчам («Утро и вечер», «Старая яблоня»), а затем к евангельским сюжетам, искусствовед Светлана Кулакова в статье, предваряющей каталог выставки, пишет: «Несколько лет назад художник решился на неожиданный и смелый для себя шаг. Он включил в  живописную и образную ткань своих курганских пейзажей библейские сцены, причем вывел их на передний план и сделал смысловым центром произведений.

Так появились композиции: «В пути» («Бегство в Египет»), «Встреча у колодца» («Благовещение»), «Беседа» («Троица»), «Встреча» («Сретение») и Рождество. Их живописно-пластическое решение напоминает возвышенный и обобщенный в форме язык фрески, столь близкий нашему художнику-монументалисту. Евангельские сцены разворачивались в Назарете и Вифлееме – тоже провинции, только Римской. Как легко их главные герои шагнули со страниц Писания на курганские улицы! Общечеловеческий смысл евангельских событий приобретает в произведениях Эдуарда Алексеева зримое  воплощение, вызывая множество  зрительных ассоциаций».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *