В Кургане выступили исполнители сибирского «тотально-фатального фольклора»

_1

Группа «НЕва» из Тюмени совмещает рок-н-ролл, философию и веру

Провинциальная культурная жизнь Кургана после небольшого гастрольного вакуума внезапно всколыхнулась от «тотально-фатального фольклора» в исполнении легенды сибирского рока – группы «НЕва». Поистине праздником души и сердца для ценителей рок-н-ролльного драйва явилось эмоциональное творческое откровение желанных гостей, тепло и благодарно воспринятое курганскими зрителями.

Никакой изысканности в музыке, никакой манерности и фальши в поэзии, а абсолютно всё естественно и просто – в этом феноменальность успеха группы. Нынешний состав проекта – это дуэт: Алексей Шляков – бессменный лидер, «всеобще-неизбежное народное горло», как он сам характеризует свою манеру исполнения под гитару авторских песен, и Ирина Лохманова, виртуозно аккомпанирующая мастеру на домре.

Тюменские гости в одночасье опровергли эпохальную сентенцию о том, что «рок-н-ролл мёртв». Борис Гребенщиков, автор этой крылатой фразы, наверняка бы усомнился в сказанном, если бы был свидетелем этого рок-действа на сцене гостеприимного бара «БарБосса»! Эмоциональность и надрывность исполнения, харизма Алексея Шлякова завораживают и проникают до самых недр души. И это не пафосные слова, лишённые объективности. Несколько лет назад знаменитый журнал FUZZ, освещающий российскую и зарубежную рок-культуру, так писал об их самобытности: «Уникальная тюменская группа. Уникальна она тем, что в ее материале можно найти следы всех героев «сибирской волны»: суровый фолк Ревякина, экзистенциальность Летова, бесшабашную иронию «Культурной революции», русофильство и духовный поиск Неумоева…, даже напевную печаль Янки Дягилевой. Но при этом «НЕва» (никаких намеков на Питер, название расшифровывается как «Новое Евангелие») абсолютно самостоятельна».

Основатель проекта Алексей Шляков – талантливый и разносторонне развитый человек, доцент кафедры философии и заместитель директора гуманитарного института по учебно-воспитательной работе, преподаёт философию в Тюменском государственном нефтегазовом университете, поэт, музыкант, композитор, писал музыку для кино, снимался в качестве главного героя в художественном фильме о судьбе детей-сирот «Домой!». Заслуживает интереса и его работа в роли Иуды в моноспектакле, поставленном по рассказу Леонида Андреева «Иуда Искариот». Творчество и философия органично переплетаются в душе Алексея, он всегда в поиске, и общение с ним доставляет собеседнику истинное удовольствие. В чём удалось убедиться и автору этих строк, и о чём хотелось бы поделиться с читателем. Алексей охотно ответил на ряд вопросов.

– Если оценить всё музыкальное наследие творчества группы за 28 лет существования проекта «НЕва», что пытались донести до слушателя?

– Я пришёл к заключению, что рок-н-ролл не несёт в себе никакой познавательной, социальной сущности – всё это мифы! Я отчётливо вижу, что сегодня в государственных структурах сидят люди, которые воспитывались на Цое, на Гребенщикове, на «Чайфе», и это ничуть не изменило их мировоззренческую позицию алчности, жадности, ненависти к своему народу и так далее. Поэтому, единственное, на что остаётся уповать, так это на красоту, то есть акцентироваться на эстетическом аспекте рок-н-ролла, который, во-первых, не позволяет человеку-слушателю ограничиваться рамками восприятия, предоставляя свободу выбора и, во-вторых, через эту красоту обращаться к истине и справедливости. Эти три единства – Истина, Красота и Справедливость, – ещё Кант выделил, и, я считаю, не может быть истина некрасивой, не может быть уродство справедливым. Я пытаюсь показать некую точку, встав на которую, мы можем увидеть красоту даже там, где, казалось бы, внешне её не существует, и через это восприятие красоты нам, может быть, не захочется гадить и совершать противонравственные поступки.

Я не совсем согласен с Чеховым, который считал, что «человек тогда станет лучше, когда ему расскажешь, каков он есть». Люди наверняка сами знают о своих пороках, но нужно показать не то, какой человек, а то, каким он может быть, и что это принесёт ему огромное преимущество. Если показать ему, что порядочным и нравственным быть выгодно, то это, наверное, сыграет свою роль. Недавно звучал такой тезис: «Наркомания – это не модно». И надо сказать, что он сыграл свою серьёзную роль, и, действительно, много подростков отказались от употребления наркотиков, чтобы не прослыть лузерами.

Миссия музыканта единственная – радовать людей. В этом плане мне очень нравится Лёня Фёдоров («АукцЫон»), это один из немногих музыкантов, который совершенно сохранил себя в своей самодостаточности, не взирая ни на какие режимы власти и ветры. Это настоящий поиск, настоящее творчество, потому что оно постоянно удивляет. Если человек правильно научился воспроизводить ноты, он сдох как художник, потому что он начинает делать искусство зримое, но не искусство творимое. Разве нельзя научить обезьяну играть на арфе? – Можно. Только зачем? Роль творчества и искусства не в этом, а в бесконечном поиске, и рок-н-ролл – это бесконечный поиск. Андрей Кураев замечательно сказал: «В аду рок-н-ролла нет, потому что рок-н-ролл – это музыка свободы». И этим она связана как раз с верой и православием, поиск объединяет рок-н-ролл и веру.

– Ваша жизнь сложилась в плане самореализации? Что для Вас понятие счастья?

– Я не понимаю, что такое реализовать себя и не стремлюсь к этому. Я родился – я реализовал себя? Родил ребёнка – реализовал себя? Защитил диссертацию – реализовал себя? Мне не интересно это. Мне интересно подготовиться к смерти и сделать приближение к ней максимально безгрешным, по возможности, всё остальное малозначимо, я к этому готовлюсь, хорошо или плохо не знаю. Я пытаюсь об этом регулярно думать — о конечности своего существования, а всё остальное приходит промежуточно. Понятие «счастья», на мой взгляд, идеально сформулировала девочка 10 лет. Она сказала: «Счастье – это то, что было, пока не заболел зуб». И в этом плане она как раз отразила сущность счастья прошлого. Счастье всегда выступает как элемент прошлого, которое мы можем осознать, когда его уже нет, то есть осознать его присутствие отсутствием – уникальная вещь.

– Относите ли вы себя к продолжателями традиций такого явления в музыке, как «сибирский рок»?

– Мне бы хотелось, чтобы «НЕву» считали таковой. Егор Летов когда-то сделал революцию в рок-культуре. На мой взгляд, заслуга его в создании нового стиля, совершенно нового языка общения и языка звучания, которые, может быть, впервые в истории советской и русской культуры не были заимствованы у Запада. Со многими представителями сибирского рока я лично знаком, как с ныне здравствующими, так и с ушедшими, думаю, что сегодня сибирский рок и составляет тот самый андеграунд, который является реальной оппозицией нынешнему «опопсовелому» року, который, к сожалению, дискредитирует звание «рокера». Поэтому я говорю, что я просто лабух. А вообще, рок-н-ролл – это музыка элиты, но элиты не финансовой, а интеллектуальной и духовной, которая способна отказать себе в некоторых материальных благах ради служения добру.

– Несколько слов о стиле.

– Я его определяю как «тотально-фатальный фольклор» с элементами тюменского панка. Сейчас я отнёс бы себя и к бардовской песне, потому что последнее время мне очень комфортно сидеть под гитару на кухне и петь песенки умеренные и приятные.

В заключение беседы Алексей поведал, что к осени выйдет новый альбом «НЕвы» – «Наследие номада».

Алексей:

– Номад – это кочевник, который существует вне времени и пространства, он движется вместе с точкой отсчёта, и вот смысл нового альбома как раз в том, чтобы осознать прожитый путь. Нет прошлого, нет будущего, есть бесконечно мельтешащее настоящее: здесь и теперь. Состояние вокзала и аэропорта, когда рядом с тобой постоянно мельтешащие люди, с которыми ты никогда больше не увидишься и они тебя больше не увидят, и отсюда возникает состояние безответственности по отношению друг к другу: ты мне никто и я тебе никто. Поэтому давай получать максимальные выгоды и удовольствия от пребывания здесь, и только в этом заключается ценность другого человека, ценность места.

Вообще, это тема моей докторской диссертации, над которой я работаю, – «Онто-гносеологические аспекты номадизма». Кандидатская моя была посвящена бродяжничеству, а номадизм – абсолютно философская категория, которая подразумевает всепланетарное бродяжничество. Это постоянное отсутствие структуры и отсутствие оппозиции любых противоположностей. Вот если раньше в эпоху модерна мы были абсолютно убеждены, что всё в мире существует в силу противоположностей, что есть мужчина и женщина, есть чёрное и белое, то сейчас мы видим гендер вместо пола – женоподобный мужчина, мужеподобная женщина, сексуальные меньшинства борются за свои права – бред полный. Семья как институт в эпоху постмодерна ушла, то есть опять добро и зло – целесообразность, которой нет оппозиции. Идея «нет предела совершенству» у каждого на устах, но раз нет предела совершенству, значит, мы отвергаем институт святости, а раз нет святости – нет зла, а раз нет зла – не стоит с ним бороться. Вот абсурдность ситуации. Так что вот этот номадизм меня сильно привлёк, и я его и на альбом тоже попытался перенести.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *