Мария Порошина рассказала в Кургане о своих мечтах

poroschina

Известная актриса хотела бы сыграть отрицательные характеры, старость и роли с элементами акробатики

Звезда любимых народом сериалов «Всегда говори «всегда», «На пути к сердцу», «Участок», «Анна Герман», фильмов «Ночной дозор» и «Дневной дозор», комедии «Елки» Мария Порошина во второй раз побывала в Кургане с антрепризной комедией «Идеальная жена». Любопытно, что первый спектакль, с которым она приезжала к нам несколько лет назад, назывался «Великолепный мужчина».

Сплошные совершенства! И хотя актриса часто играет практически совершенных женщин — нежных, любящих, верных, сама себя идеальной она считать отказывается.

После вполне традиционной комедии положений, тепло принятой нашей публикой, Мария Порошина дала эксклюзивное интервью нашей газете.

— Мария, что является для вас определяющим при согласии на роль? Вы долго думали, прежде, чем согласились играть в столь легком жанре комедии?

— Во-первых, я смотрю материал. Хочется, конечно, играть драмы, что редко бывает в выездных спектаклях, ведь большинство зрителей хотят посмеяться, отвлечься от житейских проблем. На комедии больше ходят, хотя есть люди, которые спрашивают: «Почему вы не ставите Чехова или что-нибудь  серьезное?». Мы бы с удовольствием! Я двумя руками «за»! Постоянно прошу: «Ну давайте «Три сестры» поставим! Давайте что-нибудь сделаем из классики!».

Но, к сожалению, если в стационарном театре публика еще как-то ходит на классику, при том, что зрителей немного и сборы небольшие, то антреприза в основном держится на комедиях. При выборе пьесы ориентируюсь на то, что она должна быть более-менее приличная. Если комедия — не слишком пошлая, не слишком глупая, то есть достойная, интеллигентная. И потом, конечно же, я ориентируюсь на режиссера. Потому что разные режиссеры ставят один и тот же материал абсолютно по-разному. Можно материал испортить и артистов можно заставить играть ерунду. И наоборот.

У нас замечательный режиссер Аким Андросов, я с ним и в кино работала. Зная его и кампанию «Аметист», которая нас привозила с Александром Балуевым, я и согласилась. Я им доверяю, поэтому с ними работаю, когда нет съемок.

— Знаю, что Вы учились танцам еще в детстве. Вы прекрасно танцуете в этом спектакле, а Вы еще занимаетесь танцами?

— Нет, это было детское увлечение. Я бы с удовольствием сыграла роль с танцами или с элементами акробатики. Но сложно загадывать, потому что сейчас снимают преимущественно сериалы сегодняшнего дня. Если получается попасть в историческую картину, то это такое счастье для меня! Сейчас я снимаюсь у этого же режиссера в «Офицерских женах», фильм про военное время. Очень увлекательно чуть-чуть отходить от сегодняшнего дня. Мне было невероятно интересно сниматься в «Дозоре» – играть что-то необычное, фантастическое. В результате получилась взрослая философская сказка, непонятно, что это за жанр, но мы рискнули. Я, посмотрев фильм, была приятно удивлена. Конечно, выбор материала – основная задача, потому что сейчас  много непрофессионально написанных сценариев. Либо предлагают материал, который уже играла, а я не хочу повторяться.

— Мария, Вы же из семьи поющих людей, оперных певцов, у вас пели и мама, и бабушка, и отец. А сами Вы поете?

— У нас был курсовой спектакль «Аршин мал алан», мы давали его в течение года в театре Вахтангова. Я исполняла главную роль Гульчохры, а Антон Макарский, мой однокурсник, играл Аршина. Это был замечательный спектакль, где я немного пела. Сейчас Александр Балуев в качестве режиссера ставит спектакль «Территория страсти» по «Опасным связям». Там у меня небольшая роль, но есть очень красивые арии, написанные Глебом Матвейчуком. Драматический спектакль в стихах и с пением, но это не мюзикл, Саша хочет сделать именно драму. Пьеса сильная, задевает за душу, она про любовь и разочарования…

Нам хочется сделать сильную вещь с элементами музыкальными, не так как в «Ленкоме», конечно, но что-то близкое к этому. Боюсь пока говорить о этом, это будет первый опыт Саши, но мы будем его поддерживать. Я буду не то, что петь – скорее напевать. Там будет еще петь Настя Макеева, которая замечательно это делает, девочки из мюзиклов, Валера Еременко, который поет прекрасно, Глеб Матвейчук, Лидия Вележева, жена Алексея Гуськова…

— Одна из последних Ваших ролей — в сериале «Анна Герман» — это серьезная драматическая роль матери певицы. Мы привыкли видеть Вас в основном в ролях лирических героинь. Сложно ли было перевоплощаться в женщину зрелого возраста с нелегкой судьбой? Близка ли Вам эта героиня?

— Близка. Мне был интересен этот сценарий, пришлось прочесть много книг об Анне Герман и ее личных дневников, чтобы понять, что она за человек, где она выросла, как ее воспитывала мама, почему у такой матери выросла такая дочь. То есть постаралась узнать про все семейные, очень тяжелые, судьбоносные моменты. Приходилось играть выбор: почему именно так люди поступали, а не по-другому. Всегда интересно играть и молодой возраст, и пожилой. У меня уже был такой опыт в сериале «Вера, Надежда, Любовь».

И однажды мы в старческом гриме сидели вдвоем с Дмитрием Харатьяном и с нашей молодежью общались. Анна Снаткина, Кирилл Плетнев и Алиса Гребенщикова обсуждали какие-то актерские вопросы. И я вдруг заметила, что на нас они не обращают никакого внимания. Я скажу что-то, они: «да-да» и общаются между собой. Думаю: «Что такое?». А мы в старческом гриме, Харатьян — такой неприятный «дедушка». Вот, думаю, какая интересная мысль написать сценарий о том, как молодой человек впадает в старость. С одной стороны это испытание…

Я вспоминаю свои отношения с моей любимой бабушкой. Мы немножечко не додаем им  любви, времени и энергии, мы все время спешим, занимаемся детьми. Старики хотят общаться с нами, но они уже не в нашей энергетике находятся. И мы, сами того не замечая, немножко их в сторону отодвигаем. Они обижаются или оправдывают нас: «Да, мы понимаем, вы — молодые, бегите, занимайтесь делами!». Мне стало интересно узнать, что бы ощутил человек, который вдруг резко попал в старость. Когда человек стареет постепенно, он как бы привыкает, так и природой задумано. Он пристраивается, понимая, что уже другие законы работают – тела, души, профессии.

А тут интересно психологически понять и передать резкий скачок в старость. Вот в кино была «Загадочная история Бенджамина Баттона». И мне интересно было бы затронуть тему старости, узнать, что это такое, как человек с ней справляется. Кто-то от мира отрекается, уезжает на дачу, чтобы не видеть ничего. Кто-то злится, кто-то, наоборот, всего себя отдает детям. Как на каждого человека этот этап жизни влияет.

И, конечно, интересно играть разные характеры. В первом учебном фильме я играла жуткую стерву, телеведущую. В дуэте с прекрасным актером Сережей Тарамаевым мы играли историю любви. Я тогда думала: «Ну какая сволочь, какая неприятная женщина!». Понятно, что и ее можно оправдать. Хочется отрицательные роли тоже играть. Я не имею в виду женщин-вамп, но какие-нибудь странные образы. То, что играешь в театре, в кино тебе дается реже.

— Есть ли роль, которая напоминает Вас саму, похожа на Вас по духу?

— Сложно сказать. Себя со стороны ведь не видишь. Я себя вижу так, друзья воспринимают по-другому, незнакомые люди еще как-то, дома я — строгая мама. Черпаешь для роли свои черты характера и что-то еще придумываешь. У каждого своя актерская кухня.

— А кто такие интересные имена дочерям дал (младших дочерей Порошиной в браке с актером Ильей Древновым зовут Серафима и Аграфена – прим. авт.)?

— Мы с мужем. Открывали старорусские церковные календари, думали-думали, потом оба резко, не сговариваясь, сходились на этих именах. И нам, и им комфортно с этими именами, они их любят. Младшая говорит: «Я Гунечка. Агафена Девнова»… И они еще так красиво это произносят, как я в детстве говорила на стульчике: «Выступает народная артистка Мария Порошина!». Сейчас Сима тоже так выступает.

— Народной артисткой хотели бы стать все-таки?

— Александр Николаевич Балуев и Александр Васильевич Феклистов – не заслуженные и не народные. Ну куда уж мне?! Им предлагают, но они отказываются. Для них не это главное.

— Вы когда-то играли в спектакле «Великолепный мужчина» и говорили тогда в интервью, что для вас это как раз Балуев. А остались ли еще такие мужчины среди актеров?

— Я очень уважительно отношусь к поколению актеров, на творчестве которых росла, обожаю их. Иногда удается с кем-то поработать. Например, с Шакуровым, с Никоненко….  У них энергетика особая, мощь, опыт великий, у них многому в жизни учишься.

— В последнее время заметно вырос интерес к поэзии и к чтению актерами стихов. Кто вам близок из поэтов и кого бы хотели почитать со сцены, если бы была такая возможность?

— Я очень люблю Бродского. Он мощный, драматичный, красивый. Мне нравятся его образы, их переплетения. Северянина, весь Серебряный век люблю. Еще Бориса Виана. Вообще люблю поэзию, но сделать творческий вечер не получается пока, у меня трое детей, они забирают много времени и внимания.

— Вы говорили как-то, что порой домой возвращаетесь со съемок в час ночи или в полвторого. А еще надо приготовить обед и пообщаться с близкими. Когда же вы ложитесь спать?!

— Да, приходится выкраивать минуты, бывают дни и месяцы очень сложные. А бывает и затишье, поэтому наверстываю упущенное и максимально отдаю себя детям. Даже если на полчаса из аэропорта заскочу, тут же проверяю таблицу умножения, математику, фортепьяно. Серафима очень хорошо на фортепьяно играет, а Груня у нас отлично плавает. Мы все время находим в них новые таланты, и я держу руку на пульсе.

— Мария, а Вы — идеальная жена?

— Нет, что вы! У нас с мужем часто расходятся мнения. Часто приходится корректировать свое поведение. Иногда договариваемся и по поводу воспитания дочек: «Ну давай ты сегодня «кнут», а я побуду «пряником»!». Девочки папу слушаются, боятся и любят. И это правильно: мужское воспитание — оно властное, но в то же время это длань, защита. А мама – разговоры и душа.

  1. Татьяна

    Хороший материал. Как хорошо, что среди публичных людей есть такие интересные и достойные как Мария Порошина, и они к нам приезжают!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *