Письмо Деду Морозу

письмо мальчик пишет

Рождественский рассказ

Глава сельсовета Михаил Митрофанович Морозов вошёл, нет, не вошёл, а скорее ввалился в коридор администрации сельсовета, впустив за собой целый циклон морозного воздуха. Ввалился, потому что все конечности его совершенно окоченели, пока он руководил установкой ёлки на площади села. На улице было минус тридцать. До Нового года оставалось четыре дня.

Раздевшись в своём кабинете, он принялся растирать замёрзшие руки, периодически дуя на пальцы из-под больших рыжих усов.

— Нина Ивановна! Занеси-ка мне чашечку чая! — громко, чтобы было слышно в соседнем кабинете, попросил Морозов.

Бухгалтер Нина Ивановна вошла, осторожно неся чашку с горячим чаем. Рядом с чашкой на блюдце лежали две конфеты. В другой руке она держала конверт.

— Вот спасибо! А закуски-то куда столько? Как будто не стакан чаю, а стакан коньяку мне несёшь. А это что за письмо? — поинтересовался Михаил Митрофанович.

— Рано ещё коньяк пить, — заметила бухгалтер и поправила шаль на плечах. — Письмо Деду Морозу, Катя-почтальонка занесла…

— Так ведь я не Дед Мороз, хоть и Морозов… Рано мне ещё дедом-то быть!

— Будешь! Не заметишь, как… Письмо написала Настя Забелина. Без родителей живёт, с бабушкой — опекуном бабка у неё. В детский садик она не ходит. А опекаемым детям мы будем подарки развозить. Вот я Кате и сказала, что тебе передам.

Глава сельсовета уселся в потёртое кресло, отхлебнул чаю и распечатал конверт. На тетрадном листе в линейку не совсем ровными печатными буквами было выведено: «Дорогой дедушка Мороз! На будущий год я пойду в школу. А ещё я хотела с бабушкой съездить в город на детскую сказку. А у бабушки нет денег. Ты не присылай мне никакого подарка. А вышли, пожалуйста, тысячу рублей, чтобы мы съездили посмотреть сказку…»

— Нина Ивановна, — позвал Морозов, — айда сюда!

Бухгалтер снова вошла.

— Ты посмотри — эта внучка тыщу рублей просит вместо конфет. Сколько у нас опекаемых? Девятнадцать? Это ж, если каждому — девятнадцать тыщ выходит. Где их взять?

— Так подарок-то, Михаил Митрофаныч, почти пятьсот рублей стоит. Давай вместо подарка Забелиным вручим конверт с деньгами… Может, им действительно нужнее.

— Ну, так пятьсот, а не тысячу!

— Давай два подарка спишем…

— Ну знаешь, Нина Ивановна, если каждому потакать… Это бабушка её, Марья Степановна, наверное, подучила. А другие что скажут? В общем, положи в конверт пятьсот рублей и хватит. Остальные бабка из пенсии добавит!

Через два дня вечером глава сельсовета, нарядившись в костюм Деда Мороза, развозил опекаемым детям подарки. Видавший виды УАЗик, гребя снег двумя мостами и прыгая через отвалы, подвозил Михаила Митрофановича к самым калиткам занесённых декабрьскими метелями пятистенников, крестовиков и брусовых двухквартирников. Учхозовский водитель ворчал:

— Ну и ленивый ты, Митрофаныч! Нет, чтобы пройтись двадцать метров, так заставляешь через сугробы прыгать. Машина-то, небось, не горный козёл!

На что Морозов степенно отвечал:

— Ничего, ничего, Петрович! Мне тяжелее приходится.

Ему действительно приходилось отбиваться от дворовых собак, которые совсем не узнавали Митрофаныча в костюме Деда Мороза и норовили цапнуть его за пятки, и от гостеприимных хозяев, которые норовили налить Деду Морозу чего покрепче.

Если от собак он отбивался активно с помощью посоха, то от угощения отбивался вяло, посох не использовал совсем и, отказываясь от самогона, казённой водкой всё-таки не брезговал. Посему, когда развезли все подарки и когда опустевший мешок, а также шапка, борода и картонный нос с усами лежали на заднем сиденье, Михаил Митрофанович был уже изрядно отяжелевший. Тем не менее, желая отблагодарить шофёра, Дед Мороз достал из загашника бутылку «Столичной» и предложил проводить старый год. На что Петрович, потративший за вечер изрядную порцию нервов, согласился, и они заехали в гараж.

Разместив всё меню — водку и печенье — на верстаке, Михаил Митрофанович вспомнил, что у него ещё где-то была шоколадка. Запустив руку во внутренний карман пиджака, он неожиданно выудил конверт.

— Вот те на! Петрович, я ж конверт забыл Забелиным отдать. Ладно, на обратном пути зайду…

Поздравив главу сельсовета с уходящим старым годом, оттаявший Петрович решил пешком Деда Мороза не отпускать и подвёз его к пятистеннику Забелиных.

— Я сейчас, Петрович, мигом, только конверт отдам, — сказал Митрофаныч, открыл дверку и упал в снег. Беззлобно ругнувшись, стал отряхиваться. Потом, снова напомнив шофёру, что он «мигом», направился к калитке.

Мария Степановна Забелина услышала, как в сенях кто-то запнулся о пустые вёдра и заворчал. Она направилась к двери отомкнуть с крючка. Но в дверь уже стучали.

— Кто там?

— Это я, Мария Степановна, дед Морозов! То есть Мороз я…

Дверь отворилась. Михаил Митрофанович шагнул через порог:

— Здравствуйте, дети! Здравствуйте, бабушки!..

— Тише ты, оглашенный! Внучку разбудишь!

— Спит уже? Надо же, а я так спешил… Через реки, через долы, через леса и горы…

В этот момент из горницы выкатилось синеглазое создание:

— Бабушка, кто там?

— Это я, Настенька, Дед Мороз! — сказал Митрофаныч, икнул и протянул девочке конверт.

— А почему ты без бороды? — спросила девочка и спрятала ручки за спину.

— А я побрился и привёз тебе подарок.

— Неправда, я тебя знаю — ты председатель сельсовета!

Морозов понял, что припёрт к стенке, и признался:

— Да, это я — глава сельсовета Морозов. — Он зачем-то заглянул в конверт, затем снова протянул его девочке. — Дед Мороз торопился и попросил меня… Ты ведь писала ему письмо?

— Писала…

— Вот, он его получил и велел передать тебе конверт.

Мария Степановна не выдержала и, улыбаясь, хмыкнула:

— Чегой-то он, Дед Мороз-то, с вами связался?

— Да, он с нами связался, и я выполняю его поручение, — Митрофаныч удержал равновесие, несмотря на то, что Настя взяла конверт и центр тяжести сместился.

— Спасибо, дядя председатель…

— Пжалста! Расти большая-пребольшая…

Морозов повернулся, обнял бабушку и поцеловал взасос пухлую мягкую щёку:

— С Новым годом вас, с новым счастьем! Меня Петрович ждёт…

— Даже чаю не попьёте? — поинтересовалась бабушка. — Осторожнее там! Вёдра посередь брошены, — остерегла она «Деда Мороза».

Десятого января, придя на работу, Морозов опять увидел на столе конверт с детским почерком.

— Что это, Нина Ивановна? — спросил он. — По второму заходу, что ли?

— Не знаю, Михаил Митрофаныч, вскрой да прочитай! Может, за подарок благодарят…

Это действительно было письмо с благодарностью. На тетрадном листе в линейку не совсем ровными буквами было выведено: «Дорогой дедушка Мороз! Большое тебе спасибо, что прислал деньги. Только не связывайся больше с сельсоветом. Половину денег они украли…»

Сергей Кокорин

Для иллюстрации использована открытка Елизаветы Бём

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *