В тылу тоже сражались — с эпидемиями

В Управлении Роспотребнадзора по Курганской области трепетно хранят память о деятельности санитарно-эпидемиологической
службы Зауралья в период Великой Отечественной войныНачавшаяся в 1941 году Великая Отечественная война очень осложнила санитарно-эпидемиологическое состояние нашего края. Из временно захваченных противником территорий в восточные области страны, в том числе на территорию Курганской области, были эвакуированы многие крупные заводы; к нам ехало и огромное количество людей. Эвакуация не всегда позволяла соблюдать санитарные правила. В населенных пунктах области, особенно в городах, в жилых секторах, возникала перенаселенность и скученность.

Создание противоэпидемических барьеров между фронтом и тылом, систематическое наблюдение в целях выявления каждого инфекционного больного с его немедленной изоляцией, санитарная обработка угрожаемых контингентов, вакцинация — все это дало хорошие результаты.

Хотя санитарные кадры во время Отечественной войны были немногочисленны. В декабре 1943 года Курганский облисполком вынес решение, которым был определен штат санэпидстанции города Кургана — 13,5 штатных единиц.

В 1943‑1944 гг. в области было 6 санэпидстанций: областная, две городских — в Кургане и Шадринске и три районных — в Куртамыше, Шумихе и Макушино.

В области стало работать больше санитарных врачей, главным образом, за счет эвакуированных. Хорошую память оставила о себе Наталья Николаевна Драголи. Она была главным врачом областной санэпидстанции недолго, с 1943 по 1946 год. Во время всеобщей демобилизации вернулась к себе на родину. Те, кто работал с ней в одно время, вспоминают, что она была знающим, строгим, но очень справедливым руководителем.

В районах, где не было санэпид-станций, работали госсанинспекторы, в основном фельдшеры. К работе санитарной службы привлекали и общественность. В 1944 году в области числилось 12146 общественных санитарных инспекторов.

Эпидемиологическое состояние территории области было напряженным. Вызывало тревогу повышение заболеваемости сыпным тифом, борьба с которым наталкивалась на затруднения. В области было всего 23 коммунальных бани, да и те часто выходили из строя. В некоторых районах вообще не было коммунальных бань. Население было плохо обеспечено мылом.

Для борьбы с сыпным тифом вновь были организованы Чрезвычайные противоэпидемические комиссии (ЧПК). Интенсивно проводились мероприятия по профилактике острых кишечных инфекций, в этой работе встречались немалые трудности.

В области был один водопровод, не было канализации, в некоторых селах не было даже надворных туалетов. В водоснабжении села основную роль играли колодцы. Плохо проводилась очистка населенных мест.

Эвакуация населения и связанная с ней переуплотненность и скученность в жилищах, а также неудовлетворительное состояние окружающей среды создали неблагоприятную эпидемиологическую обстановку. Характерно, что заболеваемость резко повысилась именно в 1942 году. Если заболеваемость сыпным тифом в 1941 году составляла 341 случай, то в 1942‑м — 2658 случаев. Брюшным тифом — 480 и 923 случая, дизентерией — 1490 и 2937 случаев, дифтерией — 644 и 889 случаев.

В последующие годы заболеваемость инфекционными болезнями стала снижаться, однако справиться с инфекциями полностью не удавалось.

Помощник эпидемиолога областной СЭС Надежда Яковлевна Моисеева, в 1944 году участвовавшая в ликвидации водной вспышки брюшного тифа в Далматовском районе, вспоминала: «Зафиксировано было около трехсот случаев. Вспышка началась в конце 44‑го и закончилась в марте 1945 года. Выехали на нее сводной бригадой, в состав которой вошли заведующий баклабораторией областной СЭС Василий Порфирьевич Чернозатонский, помощник эпидемиолога Елена Фоминична Киш, терапевт Елизавета Ивановна Проценко, четыре медсестры (одной из них и была Надежда Яковлевна Моисеева — ред.) и еще три лаборанта из горбольницы. Районная больница была переполнена, все больные были тяжелые. Находились они в больших палатах, бредили, порой в бессознательном состоянии кричали и вскакивали с коек. Дежурить в больнице приходилось сутками, на отдых совсем не оставалось времени. Выезжали в очаги, госпитализировали больных, брали кровь на Видаля. Освещение было ламповое, что очень осложняло работу ночью. Дезинфекционные камеры тоже отсутствовали. Проводили дез-

инфекцию в банях. Натопят бани, наколотят в бане жердей, на них развесят одежду. Все закроют плотно, законопатят, вот и обработка».

Пунктовые фельдшеры неправильно диагностировали первые случаи сыпного тифа. Они проходили под диагнозами пневмония, грипп, малярия и т. д. Фельдшеры обращались в санитарную службу только тогда, когда заболеваемость принимала массовый характер, и погасить вспышку было труднее, чем её предотвратить.

Ликвидация вспышек сыпного тифа затруднялась еще и тем, что на местах некачественно обрабатывали очаги заболевания, не устанавливали тщательного наблюдения за очагами.

Помощь в проведении противоэпидемических мероприятий против сыпного тифа, особенно в проведении подворных обходов, оказывала общественность.

Получить представление о количестве острых кишечных инфекций во время войны было невозможно, так как регистрировались только случаи клинической дизентерии. Бактериологических подтверждений почти не было. Прочие же кишечные заболевания, кроме дизентерии, не учитывались.

Высокой была летальность от дифтерии: в 1943 году — 14 %, в 1944 году — 17 %. Это объясняется перебоями в снабжении противодифтерийной сывороткой, а затем, когда сыворотки стало достаточно, поздней госпитализацией.

Очень высокой в военные годы была заболеваемость бруцеллёзом и туляремией. В 1943 году заболело бруцеллёзом 552 человека, туляремией — 1027 человек. Такая заболеваемость повлекла в 1945 году организацию областных специализированных противобруцеллёзной и противотуляремийной станций. Начали работать Шадринская и Куртамышская малярийные станции и 13 малярийных пунктов в райцентрах.

В конце 1943 года образуется как самостоятельное учреждение Курганская городская санэпидстанция.

Об этом вспоминает Елена Павловна Стерлинг, бывший помощник санитарного врача по гигиене детей и подростков, стаж работы которой в городской СЭС 55 лет: «В августе 1943 года я пришла работать в горздравотдел. В то время гос-

санинспекция еще не была выделена в отдельную службу. В этом же году, чуть позже, была организована служба санэпиднадзора. Ее первым заведующим был эвакуированный санитарный врач Самуил Исаакович Ной. Кроме него в отделе был еще госсанинспектор, врач очень высокой категории — Михаил Порфирьевич Новиков. Штат был всего 7 человек».

Несмотря на трудности, голод, нехватку людских ресурсов, оборудования, санитарно-эпидемиологическая служба области справилась со своими задачами в период Великой Отечественной войны, тоже помогая стране выстоять в борьбе с врагом.

/// Подготовлено пресс-службой  Управления Роспотребнадзора по Курганской области.