Чтобы память жила…

Попав в руки коллекционера, реликвия времён Великой Отечественной войны обрела второе рождение

Как-то, по случаю, приобрел себе в коллекцию несколько фронтовых открыток и прицепом к ним — объемный пакет старых документов. Среди грамот, благодарностей, справок и удостоверений оказалась записная книжка необычной удлиненной формы в красном сафьяновом переплете. Таких в Советском Союзе не делали. Думаю, попала в руки она кому-то из красноармейцев в захваченном немецком блиндаже, а затем перешла к одному из наших офицеров.

На первой странице записной книжки нанесены буквенные и цифровые символы и дата — 24 ноября 1943 года, вероятно, дата внесения первой записи. Человек явно шифровался и не хотел писать ни свою фамилию, ни звание, тем более, что армейские особисты строго следили за тем, чтобы на передовой никто не вел дневники, не делал никакие записи.

Изучив записную книжку, я сделал для себя вывод, что принадлежала она, скорее всего, полковому комиссару, который, с одной стороны, находился достаточно близко к солдатам, но, с другой стороны, достаточно далеко от передовой, чтобы аккуратным почерком, чернилами вести записи в записной книжке. В окопах и землянках редко кто писал письма, используя чернила, всё больше карандашом.

Вот типичный для политработника разговор об оружии, который приведен в записной книжке:

У бойца было ржавое оружие.

Я подошел к нему. Закурили.

Разговорились о том, что советский народ из своих сбережений дает все для укрепления мощи нашей армии.

Боец мне сказал, что его жена тоже сообщила ему, что она внесла 5 тысяч рублей.

Я спросил бойца: «А что бы сказала твоя жена, если бы узнала о состоянии твоей винтовки?»

Или вот заметка о коте:

Кот Динка. Нежности. Из столовой в слякоть и снежную пургу носил молоко для Динки.

Никто, кроме командного состава, не смог бы из столовой выносить молоко в какой бы то ни было емкости, тем более для кота, который жил, вероятно, в блиндаже, а может быть, в деревенской избе, где квартировался комиссар. На передовые позиции, в окопы, пищу всегда привозили в полевых кухнях, обходясь без молока.

Все записи сделаны грамотным языком, написано все без грамматических ошибок. Записная книжка была строго структурирована.

Вот только некоторые из множества заметок из этой записной книжки.

Вы не кто-нибудь, вы — русские богатыри, вы — русские солдаты. Вы — чудо-богатыри! Что другим не под силу, то вам возможно. Никакие крепости перед вами не устоят, потому что вы — русские солдаты, вы — чудо-богатыри.

Так обычно обращался Суворов перед боем к своим солдатам.

Эта цитата великого русского полководца Александра Суворова многократно использовалась политработниками в беседах с личным составом. Она повторялась в пропагандистских брошюрах о войне, на почтовых открытках, плакатах, в кинофильмах.

Мы, большевики, народ ненасытный: добились хорошего, даешь еще лучше. Этот универсальный слоган обычно использовался применительно к любому жизненному случаю.

Пословицы и поговорки наиболее часто употреблялись политработниками в разговорах с бойцами, чтобы легче войти в контакт с аудиторией. Вот некоторые из написанных в записную книжку:

Взял — нашел, едва ушел:

Догнали б — еще дали.

* * *

— Как живете?

— Да так, ни шатко ни валко. Ухабисто и тряско, то направо кинет, то влево мотнет.

Солдатский фольклор часто использовался политработниками в разговорах с солдатами на передовой.

Пошли смотреть, где снаряды ямочки вырыли.

ххх

Началось самоокапывание на кроватях.

* * *

— у тебя есть бумажка?

— есть.

— ну, дай мне табачку, а то у меня спичек нет.

* * *

— Ну, пока мы тары-бары, сухие отвары, бац — немец идет.

* * *

А мне еще как назло

сапоги попали такого размера,

что в них сначала ноги идут,

потом уже они тянутся.

 

* * *

Память у меня никудышная,

где пообедаю, туда и ужинать иду.

Рассказать анекдот про Гитлера, исполнить частушку о Гитлере — без этого не обходилась ни одна беседа политработника с солдатами. Это было лучшим средством поднять бойцам настроение и расположить к себе.

Сидит Гитлер на заборе,

Плетет лапти языком,

Чтобы вшивая команда

Не ходила босяком.

 

* * *

В июльской компании 1943 года Гитлер сразу потерял двух союзников: Муссолини и лето.

Муссолини «подал в отставку», а лето перешло на сторону Красной Армии.

Фрицы уже умели удирать по снегу, теперь они учатся удирать по сухой земле.

ххх

— Ты ариец?

— Какой он теперь ариец! Был ариец, да русские морозы через нос всю арийскую кровь выдавили.

Обязательным в политбеседах было изложение политических фактов в контексте с текущими событиями на фронтах, особенно актуальной была тема открытия союзниками второго фронта и, конечно же, о том, что рабочие всей планеты поддерживают справедливую войну Советского Союза против гитлеровской Германии.

Некоторые факты:

1. Гувер: «Сталин не любит болтунов».

5. Гитлер, якобы, сказал, что Сталин его надул: он вначале войны бросил против немцев худшую армию, а теперь выставил лучшую.

7. Турция — жандарм Балкан.

8. Союзники имеют в три раза больше сил в Африке, чем Гитлер, и вместе с тем топчутся на месте. Причина: боятся ускорить второй фронт в Европе. Считают, что они не подготовлены к вторжению на Европейский континент. Я лично считаю: второй фронт — демагогия. Она полезна союзникам, т. к. помогает эксплуатировать рабочий класс и заставляет его молчать. Рабочим капиталисты, очевидно говорят: «Вы работаете не на нас, а на СССР. Этого достаточно».

17. Немцы переключили свои предприятия на выпуск истребителей, служащих для обороны, за счет бомбардировщиков.

В этой записной книжке не нашли своего отражения такие важнейшие военные события, как открытие в Западной Европе второго фронта 6 июня 1944 года и поражение гитлеровской Германии во второй мировой войне

9 мая 1945 года.

Видимо, у офицера сложились такие обстоятельства, что по каким-то серьезным причинам он не смог описать эти события в своей записной книжке.

Судя по тому, что записная книжка дожила до наших дней, политработник не погиб. Вероятнее всего, он был ранен во время одного из походов на передовую, а затем попал в госпиталь, и дальше для него наступила мирная жизнь, а записная книжка осталась как память о суровых днях и героических испытаниях, которые выпали на долю нашего народа в годы Великой Отечественной войны.

Этой записной книжке повезло. Она в итоге оказалась в руках коллекционера, и читатели сегодня могут получить представление о маленьком кусочке фронтовой жизни со слов очевидца, которого уже давно нет с нами…

Владимир Калмыков, председатель областного общества филокартистов.