Курганцам показали, что есть «торжество театральности»

Спектакль театра кукол «Гулливер» «Пелеас и Мелисанда» подарил публике головокружительный визуальный праздник

Мир оживающих картин эпохи Возрождения и сюрреализма в духе Жоана Миро, символистов 20-го века, четкой геометрии и неожиданных конструкций авангардного театра Мейерхольда – чуткий зритель найдет эти и еще много других «пасхалок» от великих мастеров художественного выражения в премьере курганского театра кукол «Гулливер» «Пелеас и Мелисанда».

Изысканная (иначе не скажешь!) работа белорусского режиссера Александра Янушкевича и великолепный труд художников с декорациями, со светом, с костюмами уже определяются зрителями как визуальный праздник, торжество театральности и поэтический гимн любви и духовности.

Александр Янушкевич в свое время успел потрясти курганцев своей необычайно зрелищной постановкой «Эдип», высоко оцененной и жюри «Золотой маски» — спектакль был номинирован на премию. Сам режиссер – обладатель высшей театральной премии, «Золотой маской» отмечено и мастерство художника Татьяны Нерсисян (Беларусь). Так что от столь мощной команды было ожидаемо получить фантастический по красоте спектакль. Но, смахивая слезы восхищения, директор театра «Гулливер» Елена Третьякова призналась, что даже она не ожидала пережить столь сильный культурный шок.

Сцена необычной конструкции трансформировалась в огромный белый туннель, уводящий в неизвестность. Вырывающиеся из стен копья-стрелы пронзали пространство, нагнетая атмосферу тревожности с первых минут – шла охота на кабана, но если на стене появляется копье, оно кого-нибудь да ранит в финале – законы театра непреложны.

«Пелеас и Мелисанда» — образная пьеса Метерлинка о любви, о роке, о красоте, о душе. Она задает вечные вопросы мироустройства: что определяет судьбу человека, его выбор или же слепой рок? Что есть истинная любовь — светлая и созидающая сила или необузданная тёмная стихия, разрушающая страсть или путь чистой души? Может ли спасти красота мир? И, наконец, что важнее — жизнь человека или его любовь?

Любовный треугольник братьев – принцев Голо и Пелеаса и жены Голо – прекрасной Мелисанды режиссер живописует не обычным, а сверхтеатральным языком. Герои спектакля – существа не бытового мира, они выглядят как создания многомерного космоса: в футуристических костюмах, в странной пластике и нарочито торжественной, изысканно куртуазной речи они предстают фигурами выпуклыми, олицетворениями чувств земных и небесных.

Удивляет мощным образом Голо как-то враз выросший до размеров гиганта Владимир Лазарев, сначала нежно влюбленный, а в финале доходящий до иступления ревности, жестокий и отчаянно сломленный. Его колоритный герой словно бы занимает все пространство сцены, внушая безотчетный ужас неотвратимости рока.

Тонкая неземная Мелисанда в великолепном исполнении Татьяны Кокиной – красавица эпохи Ренессанса, светящаяся изнутри и снаружи. Необычные футуристические костюмы в прямом смысле высвечивают страсти и чувства героев, их истинный облик. Если у Голо свечение идет снизу, освещая его дикие эмоции, то в финале над головой героини, отдающей душу за свою жертвенную любовь, возникает светящийся нимб. Ее романтический герой Пелеас (Артур Алексеев) так же светел и столь же беззащитен перед силой рока.

Геометрические костюмы старого короля, деда принцев (Михаил Резников) и их матери Женевьевы (Елена Ефимова) придают величия их фигурам, голоса завораживают своей торжественностью.

За высокотехничную кукольную часть постановки отвечают Сергей Котельников – исполнитель роли сына Голо Иньольда и Татьяна Леняшина, которой одновременно удается играть роль пяти служанок! Эта удивительная сложносочиненная движущаяся конструкция с пятью персонажами перешептывается, спорит, делает уборку десятью руками, подслушивает и подглядывает. И просто потрясает тем, как она фантастически сделана!

— Естественно, форма повествования в театре кукол наиважнейшая, — комментировал после премьеры свой выбор средств выражения Александр Янушкевич. — В пьесе банальный сюжет о любовном треугольнике, но перед нами стояла задача, как его вывести. В постановке есть конфликт иррационального и рационального. И у Метерлинка, и у нас есть мысли об обществе потребления, глубоко запрятанные в тексте. Насколько от нас чего-то ждут, хотят определенных услуг, некой конкретности в быту, например. Это история связи с душой, чистой материи и бытового, того, насколько неким большим чистым истинам неудобно существовать в нашем плотском мире, который олицетворяет Голо. И насколько нам в этом мире неудобно, потому что мы хотим чего-то большего и высшего.

Актеры, рассказывая о своем существовании в неординарном пространстве, признавались, что приходилось привыкать к скользящему полу, висеть вниз головой, но все влюбились в процесс и удивительные декорации. «Мне уже нравится, что всё скользит, что я куда-то всё время лечу, еду, переодеваюсь, это такой мощный процесс, такая энергия вокруг меня кипит, фонтан какой-то!», — улыбаясь, говорит актриса Татьяна Кокина.

Искушенный зритель, известный курганский музыкант и композитор Александр Галушко тоже не удержался от восторженных отзывов: «Я окунулся в мир волшебства, в мир настоящего театра, интересной графики, необычных звуков. Поразила супертеатральность, свойственная только «Гулливеру», когда встает вопрос не «что?» а «как?». Меня интересовало не содержание, а как всё это сделано, поразила колоссальная работа художников. Браво!».

Два раза в неделю – во вторник и в пятницу специально для вас мы отбираем самые важные и интересные публикации, которые включаем в вечернюю рассылку. Наша информация экономит Ваше время и позволяет быть в курсе событий.

Если вы стали свидетелем интересного события, присылайте сообщения, фото и видео в Viber  и WhatsApp по номеру тел. : +79195740453, в нашей группе "В Контакте"

Система Orphus

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *