Без рубрики

Приставы против «черных меток»

О том, как бороться с правовым нигилизмом граждан и повысить эффективность работы службы судебных приставов, размышлял в Кургане первый заместитель руководителя ФССП России Сергей Сазанов.

Первый зам. руководителя Федеральной службы судебных приставов России побывал в Зауралье с рабочим визитом. Как пояснил Сергей Владимирович местным журналистам, по регионам УФО он ездит в целях знакомства с новым вверенным ему федеральным округом. Ранее Сергей Сазанов курировал Дальневосточный федеральный округ.

На пресс-конференции в Кургане первый заместитель главного судебного пристава России рассказал о задачах службы, перспективах ее развития, планируемых изменениях в законодательстве об исполнительном производстве и порядке реализации арестованного имущества. Наиболее интересные моменты его рассказа — в материале корреспондента «КиК».

Безответственность порождает преступность

Сергей Сазанов отметил, что в последнее время служба судебных приставов часто сталкивается с ситуациями, когда «различные защитники прав человека пытаются выдать безответственность за наличие дополнительных прав». В качестве примера он привел нашумевшую историю с «Речником».

— Даже уважаемые СМИ пишут: доколе, граждане, будет твориться такое, что судебные приставы вместе с московскими властями будут лишать граждан собственности, — констатировал он. — Но здесь надо понимать, что право собственности на недвижимое имущество наступает с момента регистрации этой собственности. В случае с «Речником» ни о какой собственности речи быть не может, поскольку это незаконно возведенные строения, независимо от их стоимости. Все равно что мы решим посреди Кургана построить дом, а потом придут власти и скажут, чтобы этот дом снесли, потому что он мешает проезду. А мы с вами поднимем страшный вой: что делается, мы строили-строили, а нас сейчас ущемляют. Есть закон, и его необходимо выполнять. И служба судебных приставов как орган, который занимается понуждением к выполнению закона, безусловно, нужна.

Первый зам. главного судебного пристава России напомнил, что служба выполняет социально значимые задачи, в том числе взыскание алиментных платежей, заработной платы и т. п. В целях повышения эффективности своей работы служба выносит на рассмотрение Правительства РФ и Госдумы ФС РФ различные предложения, призванные исправить ситуацию «правового нигилизма» в стране.

— Даже Президент России вынужден был признать, что у многих граждан сформировалась позиция правового нигилизма, — пояснил Сергей Сазанов. — И я глубоко убежден, что есть прямая связь, к примеру, между аварийностью на дорогах и низким процентом взыскиваемых административных штрафов, выписанных ГИБДД. Недавний случай — задержали водителя, сбившего женщину с ребенком. А у него в бардачке — около 30 неоплаченных квитанций. Он плевал на эти штрафы! Вот такая безнаказанность и ведет к преступлениям. Неслучайно даже наши сатирики рассказывают про своих друзей, которые приезжают с Запада и, получив извещение налогового органа, быстро бегут в банк, чтобы оплатить. И с ужасом смотрят на наших граждан, которые просто выбрасывают такие извещения в урну.

Не размениваться по пустякам

Одной из самых важных проблем, мешающих нормальной работе службы, Сергей Сазанов считает ее загруженность мелкими исполнительными производствами.

— Сегодня нагрузка на судебного пристава превышает все разумные нормы, — сказал он. — Если с 2005 года наблюдается ежегодное увеличение исполнительных производств на 3‑4 миллиона, то в прошлом году их количество выросло почти на 8 миллионов. И по сравнению с 2005 годом нагрузка на приставов возросла вдвое — с 20 до 40 миллионов исполнительных производств. По Кургану на одного судебного пристава-исполнителя в месяц в среднем приходится 150 исполнительных производств. Нагрузка фактически чрезмерная. И здесь мы видим единственный выход: необходимо снижать этот вал. Такого же мнения придерживаются и работники судов.

Неправильно, когда суды рассматривают дела, даже не предполагающие спора между гражданином и фискальным органом, той же налоговой службой. Заплатил человек сумму налогового платежа на 10 дней позже – она ему 50 руб. штрафа насчитала. Да ладно, если 50, а то бывают суммы 2, 7, 10 руб. За взысканием этих сумм налоговые органы обязаны обратиться в суд. Суд должен провести заседание, подготовить решение, вынести исполнительный лист на основании этого решения, отправить в службу судебных приставов для принудительного исполнения.

Чаще всего гражданин даже не знает о своем долге, и на судебное заседание его не приглашают. Мой знакомый адвокат нашел в почтовом ящике уведомление: по решению суда он должен заплатить 10 руб. налоговой задолженности. Пошел к мировому судье, спрашивает, почему его не вызывали на суд. А тот провел его в комнату — там горы таких документов! Как он его мог в суд вызвать? Это профанация. Суды, на наш взгляд, должны рассматривать исключительно споры. Если ты не согласен — значит, идешь и обжалуешь в суд. Все остальное не должно доходить до судов.

То же касается и штрафов ГИБДД. У нас в прошлом году более 12 млн. исполнительных документов было на сумму менее 500 руб. Теперь посмотрим с точки зрения экономической составляющей для государства. 396 руб. — это реальная цена одного исполнительного производства, стоимость бумаги и расходных материалов, без учета заработной платы. Стоимость одного судодня — 25 тыс. руб. Прибавьте сюда не меньшую стоимость вынесения постановления налогового органа. Получается в среднем стоимость одного такого документа — 2000‑2500 руб. минимум. В итоге, чтобы взыскать 10 руб., государство тратит 2500 руб. Вот такая экономическая «целесообразность»!

Для решения этого вопроса мы сегодня создали рабочую группу, состоящую из представителей трех структур: Федеральная налоговая служба, Федеральная служба судебных приставов и Пенсионный фонд, в который в связи с изменениями законодательства вошли фонд ОМС и фонд социального страхования. Цель — выработать предложения по подготовке законопроекта о внесении изменений в закон и дать возможность суммы долгов хотя бы до 500 руб. накапливать в течение трех лет. Будем в ближайшее время предлагать этот законопроект на рассмотрение Госдумы и Правительства РФ. Пример: если гражданин должен 200 руб. транспортного налога, заплатил на 10 дней позже и получил пеню в 20  руб., то можно будет отнести эту пеню на следующий год, да и все.

Это позволит существенно снизить количество незначительных исполнительных документов, которые поступают в службу судебных приставов. Значит, будет больше возможностей для решения действительно важных задач.

Кто дал уголовнику бритву?

Как сообщил Сергей Сазанов, в рамках реформы МВД принято предварительное решение о том, что службе судебных приставов будет полностью передана охрана судов.

— Сегодня суды охраняют и судебные приставы, и органы внутренних дел, и вневедомственная охрана, и даже частные охранные предприятия, — рассказал Сергей Владимирович. — От этой чехарды надо избавиться и поставить нашу круглосуточную охрану хотя бы в зданиях областных и арбитражных судов. Безусловно, это потребует увеличения штатной численности.

Ну а концептуально мы видим свою роль в обеспечении деятельности судов, за исключением вопросов материально-технического характера, которыми занимается судебный департамент. Это конвоирование, осуществление приводов, перевозка документов — аналогом здесь может быть служба маршалов в США. Потому что при конвоировании заключенного возникает масса случаев, когда непонятно размывается ответственность. Например, обнаруживается бритва у какого-то уголовника, он пытается либо себя травмировать, либо конвойных. Или мобильный телефон, или еще что-то. И концов не найти. Сегодня места лишения свободы находятся под эгидой Федеральной службы исполнения наказаний, УФСИН заключенного передает, дальше его везет конвойное подразделение МВД и передает в суде судебному приставу по ОУПДС. Кто виноват? В какой именно период у заключенного оказались запрещенные предметы, разобраться практически невозможно. А так вся ответственность будет возложена на одну службу.

Людей сажали на «кредитную иглу»

Журналисты задали первому заместителю главного судебного пристава России немало вопросов, в том числе о возможности работы с должниками через интернет.

— У нас, к сожалению, сегодня действует такой закон о персональных данных, который не позволяет осуществить ряд здравых инициатив, полезных с практической точки зрения, — ответил Сергей Сазанов. — Если данные о задолженности по налогам любой человек может узнать на сайте налоговой службы, при этом программа автоматически позволяет распечатать и платежные документы, то служба судебных приставов пока не имеет возможности внедрить аналогичные методы работы. Проблема — в выработке идентификационных признаков, которые могли бы быть использованы. Знать о них должны только служба судебных приставов и сам гражданин.

Если же обратиться к зарубежному опыту, то, допустим, в Швеции каждый житель может обратиться в государственный орган и получить данные о задекларированном имуществе любого гражданина. Единственное ограничение — последнему потом сообщат, что такой-то человек запрашивал о вас сведения. И никто не возмущается, что это персональные данные. В ФРГ, если ты не заплатил административный штраф в определенный срок, этот штраф заменяется административным арестом. Раз — и в тюрьму на 10 дней. Можно вроде и в России такой опыт применять. Но созрели ли мы до этого?

По нашим данным, более 60 млн. кредитов выдано с момента начала кредитной кампании. Кризис заемщиков подкосил, безусловно. Многие просто не могли отдать эти кредиты. Я глубоко убежден, что причина — в безответственной банковской политике, отсутствии своевременного регулирования со стороны государства. Это безобразие, когда банк брал под 3% деньги за границей, под 30% раздавал своим гражданам внутри страны, по сути, сажая их на кредитную иглу. Просто по почте приходили банковские карточки, в том числе молодым людям.

Я в прошлом году в «Комсомольской правде» полтора часа выступал на «прямой линии». Думал, что будут много спрашивать по ограничению выездов и т. п. Нет, 90% вопросов поступило от родителей тех молодых людей, которые вляпались в эти кредитные истории. Итогом моей работы в «КП» стала наша просьба генеральной прокуратуре провести проверку по деятельности коллекторских агентств, которые применяли недозволенные методы психологического давления, тиранили людей, доводили до инфарктов, представлялись приставами. Заходили к пожилой женщине: «Ну что, старая, тебя на кладбище выселять будем, продадим твою хату». Одно коллекторское агентство отличилось тем, что посылало людям «черные метки» — изображения черепа и костей. Это уже прокуратура выяснила, проведя проверку.

А наша служба действует строго в рамках правового поля: есть исполнительные документы, исполнительный лист, который отрабатывается. И во многом наша деятельность является спасением от этих черных коллекторских фирм.

Имущество должников продадут через интернет

Сергей Сазанов говорил и о том, что приставы часто получают «шишки» за те действия, которые не осуществляют. В частности, оценку имущества должника проводит не пристав, а эксперт оценочной организации. Однако должник подает жалобу именно на судебного пристава, который, по его мнению, обязан знать, сколько стоит имущество на самом деле.

Оцененное имущество раньше передавалось в Российский фонд федерального имущества, сейчас — в Федеральное агентство по управлению госимуществом. Эта структура, а вовсе не служба судебных приставов, должна заниматься реализацией арестованного имущества с тем, чтобы средства, вырученные от его продажи, пошли в погашение долга.

— С учетом огромного объема задач, которым занимается Федеральное агентство по управлению госимуществом, на нас у него просто времени не хватает, — рассказал Сергей Владимирович. — И у нас сейчас серьезнейшие проблемы с реализацией. Но по голове получаем опять же мы. Сейчас ведутся переговоры с Минэкономразвития. Могу сказать, что мы получим возможность права заключения самостоятельных договоров, на конкурсной основе, и самостоятельной реализации имущества стоимостью до 30 тыс. руб. Судебный пристав сможет предметы бытового назначения, не превышающие этой цены, оценивать самостоятельно. И мы выступаем за то, чтобы мелкое имущество, стоимостью до 30 тыс. руб., продавалось через интернет-магазины. Пришел пристав, сфотографировал стол или холодильник, выложил на сайт. Имущество до продажи остается на ответственном хранении у должника. Нет расходов на транспортировку, грузчиков, аренду помещения и т. п.

Для более дорогостоящего имущества, пообещал Сергей Сазанов, будет вводиться такая форма, как электронные торги.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *