Когда эльфы отдыхают

Чтобы увидеть волшебство, нужно долго ехать от Москвы на электричке, потом хорошенько потрястись в автобусе, еще попетлять пешком маленькими улочками городка Высоковска. И только потом, совершенно умаявшись, попасть в совершенно с виду обычное здание. Здесь живет производственное объединение «Елочка». Сюда перед Рождеством приезжают на экскурсии и несмышленая детвора, и совсем взрослые дяди и тети. Даже с грудными младенцами. Гостям, кстати, предоставляется возможность самим раскрасить игрушку. Иногда дети такое придумывают, что взрослым в голову никогда не придет.

Дышите — не дышите!

Один выдох — один шар! Вот в таком ритме идет работа стеклодувов. Клинский район, что в Подмосковье, ими славится. Начиналось с кустарей и артелей, потом появились фабрики. И здесь в каждом доме были в каком-то поколении свои мастера-стеклодувы.

Профессиональный опыт по наследству передавался. Старинные новогодние игрушки по-прежнему бережно переходят из рук в руки. От бабушек-прадедушек к внукам-правнукам. По ним можно проследить все этапы эволюции стекольного дела. Например, когда-то стекло грели с помощью керосина. А уже потом на помощь пришел газ.

В цехе шумно и туманно. Каждый стеклодув колдует над своим огнем, над своей горелкой. И со стороны непросто уловить, в какой момент тощие, невзрачные стеклянные заготовки-трубочки превращаются в чудесные фигурки. Пока у них еще есть «усы», за которые можно держать. А впереди — длинный путь, после которого они станут «безусыми», узнаваемыми и привычными, но всегда такими волшебными новогодними игрушками!

Клубника-ягода

Лариса Корунова колдует над стеклом много лет. А впервые она пришла сюда, в игрушечное царство крохотной девочкой. В цехе работала стеклодувом ее мама. На глазах изумленной Ларочки художница из покрасочного цеха (этот цех называют здесь просто «краской») обыкновенный прозрачный шарик превратила вдруг в… красную клубничку. И сегодня, когда Лариса Сергеевна говорит про игрушки (хотя, признается, и устала от такой, прямо скажем, неигрушечной тяжелой работы), голос ее теплеет и становится совершенно другим. Таким голосом рассказывают сказки. Вот такая клубника-ягода. И сегодня, где бы ни увидела, что продают елочные украшения, ее тянет туда.

Дочка фыркает и сердится: ну сколько можно, мам! А маме по-прежнему посмотреть любопытно: кто, что, как?..

Конечно, игрушки своей фабрики отличит от других. Свои — они более домашние, рукодельные, теплые. И стеклодувный цех — как дом родной. Она здесь своя, и все здесь свои тоже.

Лариса впервые пришла сюда работать в 17 лет. Но в стеклодувы в таком нежном возрасте не берут: профессия считается вредной. Так что вначале пришлось колпачки крепить (это те самые металлические штучки, за которые нитка цепляется). А после года «околпачивания» начала-таки учиться стеклодувному делу. Вначале было страшно. Начинала учиться с самого простого — с шарика. Быть укротительницей огня не так просто. К горелке боялась подходить — там такое пламя вырывается! А температура 800 градусов, между прочим. От шума поначалу уши закладывало, как в самолете.

— Думала, сожгу кого или сама сгорю, — вспоминает с трепетом. — Я и сейчас обжигаюсь, — неожиданно дополняет сквозь смех. — У нас же стекло летит даже через столы. И на одежду, и… куда прилетит! — поясняет.

И тут я и впрямь увидела маленькие дырочки от горячих осколков на белоснежной блузке Ларисы Сергеевны. Раскаленные стеклышки коварно залетают к девчонкам и в декольте — не вытряхнешь сразу. Так что шрамики-отметины есть на коже у всех стеклодувов. Такая горячая работа!

Самовары и колокольчики

Сегодня в цехе одни женщины. Были когда-то мужчины — старые мастера, что «играли со стеклом», как здесь говорят. У одного из таких, Николая Каминского, и училась Лариса. Сейчас опыта и умения старых мастеров так не хватает! Принесут новый заказ, новую работу — с чего начинать?

Вот лебедя белого с перышками настоящими поначалу и не знали, как сделать. Кто бы показал, чтобы «велосипед не изобретать»… А перенять опыт в наши времена тоже сложно.

Это «Елочка» открыта для экскурсий. А многие строго берегут свою коммерческую тайну.

Сама Корунова много обучала. Уже и не помнит, сколько учениц у нее было. Лариса Сергеевна считает, что стеклодувному ремеслу надо учиться смолоду, пока пальцы самые чувствительные, кожица нежная. Стекло — субстанция капризная, надо чувствовать его руками. А огонь — душой. По-другому не получится.

Когда я наблюдала за работой Ларисы, то никак не могла уследить за ее руками. Ну не усмотреть за всеми этими хитростями: что-то шепчет-дует, то взмахнет своей волшебной палочкой вновь. Да еще огонь вырывается!

— У нас монотонная работа, — вдруг к моему удивлению сказала мне прима стеклодувного дела. — Столько часов подряд сидишь над горелкой, смотришь в одну точку…

— А в другой цех не хотелось перейти? — пытаю ее.

— Там не мое! — твердо так обрубает.

Я вижу, что характер у нее еще тот. Если что — своего добьется, с пути не собьешь.

— Лариса, а какая ваша игрушка больше всего вам по душе?

— Трудно сказать. На шариках у нас настоящие картины рисуют! Самоварчик очень красивый, — снова ее голос из задорно-бойкого становится ласковым.

— Сколько уходит времени, чтобы соорудить такой?

— У меня минут пять-десять. 

А потом еще он пойдет по цехам…

Технолог Алла Анатольевна смело кладет хрупкие самоварчики передо мной. А я боюсь брать их в руки. Они маленькие, легкие, с ручками-крендельками. И расписные!

— А какие игрушки пользуются особым спросом?

— Очень матрешки-колокольчики у нас красивые, — Алла невольно качает головой, показывая колокольчик. И вновь я вижу знакомое восхищение в глазах. Ну не могут на «Елочке» привыкнуть к такой красоте! Хотя говорят, что не творчество у них, а «клонирование игрушек».

Я уношу с собой не только впечатления, но и подаренный драгоценный хрупкий шар в красивой коробочке.

Сейчас время у «Елочки» горячее, предновогоднее. Шумит, толпится народ. Покупает, проверяет тонкое стекло, глазеет. А профессиональный праздник здесь, само собой, в Новый год: по традиции на проходной Снегурочка и Дед Мороз угощают всех шампанским.

Фото: vk.com/elochka_igrushki