30 лет назад в Верхтеченском Свято-Троицком женском монастыре в Катайском округе возобновилась монашеская жизнь

 

28 августа исполняется 30 лет со дня возобновления монашеской жизни.

28 августа исполняется 30 лет со дня возобновления монашеской жизни в Верхтеченском Свято-Троицком женском монастыре в Катайском округе Курганской области. Этим летом в качестве трудницы в святую обитель дважды приезжала на шесть и пять дней внештатный корреспондент газеты «Курган и курганцы» Надежда Тихомирова.

О женском монастыре в селе Верхняя Теча я узнала два года назад на съезжем празднике «Пасхальные встречи в Верх-Тече». Особенно впечатлили Никольский храм, построенный в 1893-1899 годы, разрушившийся сестринский корпус с кельями, внутри которых уже выросли деревья, и тот факт, что в обители всего четыре монахини – в прежние времена числилось более 400.

На том празднике встретила курганскую художницу Ольгу Луцко, которая рассказала, что ночует в монастыре и создаёт акварели с натуры. Я даже помыслить не могла, что в монастыре можно пожить. Оказывается, можно. Игумения Михаила (Шульцева) подтвердила и запросто сказала: «Приезжай».

Шло время, а возможности приехать не выдавалось. То было некогда, то чувствовала, что не готова. В июне 2025-го всё сложилось. Заранее позвонила матушке Михаиле и предупредила о приезде. Она, в свою очередь, предостерегла, что если намерение твёрдое, то его нужно исполнить, несмотря на возможные искушения и препятствия.

Изначально мы должны были приехать вдвоём с другой журналисткой, но у неё заболела кошка. Планировали добраться на электричке до Катайска, а затем автостопом до Верхней Течи. В Катайске выяснилось, что с такси проблем нет (стоит примерно 1300 рублей), и одиночный автостоп можно попрактиковать в следующий раз. Таксист впервые вёз кого-то в монастырь и недоумевал, что мною движет. У ворот обители продиктовал свой номер телефона, выразил готовность прибыть в случае чего и вызволить.

Я переоделась в длинную юбку и накинула платок на голову. Потянула за кольцо увесистую дверь, и оказалась на территории монастыря. Взору предстала райская картина: пространство утопало в зелени и солнечных лучах, впереди возвышался храм с голубыми куполами. Весь газон был аккуратно пострижен. Мимо красивых клумб кто-то спешил в огород (позже выяснилось, что это были «картошечники» – трудники, которые сначала сажали, а потом пропалывали и копали картошку).

Мать Любовь, отвечающая за чистоту в монастыре и работающая в алтаре, заселила меня в четырёхместную келью на втором этаже дома ближе к хоздвору, выдала постельное бельё, полотенца и молитвослов. Все кровати были свободны. Я заняла ту, что у красного угла с иконой Богородицы.

В соседней келье жила художница из Москвы Наталья Шестакова, которая полтора года делала большие иконы-мозаики апостолов-евангелистов, а теперь устанавливала их на башни Никольской церкви. Памятник архитектуры ХIХ века, миниатюра Храма Христа Спасителя с уникальными фресками, сейчас весь в строительных лесах, так как идёт реставрация. Мозаики, выполненные Натальей Шестаковой из качественной смальты и сусального золота, украшают и вторую церковь на территории монастыря – Свято-Троицкую, построенную в 2011-2018 годы по архивным чертежам на месте разрушенного храма.

Мы с Натальей жили в здании, где раньше находились кельи монахинь. Ремонта давно не было. В дождь потолок протекает. Вся мебель старенькая. В первую ночь спала как на камне – под тощим матрасом оказались деревянные доски. Я постелила одеяло, чтобы было помягче, и стало терпимо. На первом этаже были и рукомойник, и привычная раковина. Туалет на улице. Там, где гараж, – очень хорошая новая душевая, ключ от которой нужно просить. Благо за воротами обители сейчас строится гостиница для паломников, и уже в ближайшие годы можно будет остановиться в более комфортных условиях.

Мать Любовь расписала на бумажке режим дня. В 07:00 – утреннее молитвенное правило. В 08:30 – завтрак. Обед – в 12:00, а ужин – в 18:00. В 19:00 – вечернее правило. В монастыре понедельник, среда и пятница – постные дни. Соблюдаются все посты. Мясо никогда не едят.

У монахинь есть фирменное блюдо – картошка-«трясучка». Свеженькую сваренную картошечку,  слив воду, с подсолнечным маслом и солью нужно трясти в кастрюле, накрытой крышкой. Там она аппетитно поджаривается, прилипая к стенкам посудины.

Мать Надежда (занимается в монастыре приготовлением пищи, готовит просфоры – богослужебный литургический хлеб, поёт на клиросе и звонит в колокола) делает необыкновенно вкусные сыры, творог, сливки и ряженку. Творожное зерно с вишнёвым или земляничным вареньем стало моим любимым лакомством в монастыре. Монахини ни разу не попрекнули меня за горки вишнёвых косточек, которые иногда оставались после трапезы. Совсем распоясалась во второй приезд! Он, кстати, неожиданно для всех случился уже в июле: я почувствовала, что из всех мест в отпуск хочу поехать именно в этот монастырь, что-то снова потянуло.

В первый приезд оказалась совсем без интернета – в Верхней Тече плохая связь. Ко второй поездке подготовилась и купила новую симку, но всё равно часто находилась «в режиме полёта». Всё располагало к тому, чтобы не сидеть в соцсетях, а читать духовную литературу из монастырской библиотеки или делать что-нибудь полезное руками.

Какие послушания я выполняла в оба приезда? Мела двор, мыла пол в архондарике (место приёма почётных гостей), душевой, трапезной и коридоре, поливала грядки, рвала крапиву, собирала огурцы и помидоры, освобождала гараж, мыла посуду, чистила овощи, сервировала стол к приезду гостей, трудников и паломников. Как-то раз матушка Михаила дала мне задание снять сюжет для телевидения, сделать посты для соцсетей, сфотографировать иконы и написать статью.

Смотрите фоторепортаж Надежды Тихомировой.

Как говорит мать София (её основное послушание – забота об огороде и хоздворе), в маленьком монастыре всех видно. Сразу ясно, кто чем занимается и что из себя представляет. По её словам, в большом монастыре игуменья может и не знать всех монахинь, и кто-то может отлынивать от работы.

Поскольку в Верхтеченской обители монахинь всего четыре, им всегда требуется помощь трудников. Четыре раза за огородный сезон уже несколько лет приезжают картошечники – женщины и мужчины из Челябинска и Копейска, а теперь ещё и из зауральского села Песчано-Коледино. В остальное время чаще бывают паломники и туристы, нежели трудники.

Матушка Михаила со ссылкой на святых отцов любит говорить, что нет короче дороги в Царствие Небесное, чем помощь женскому монастырю.

«Надеюсь, и Курган заметит свой монастырь. Не все знают, что в Курганской области есть четыре монастыря: два мужских и два женских. Знают о Далматовском, это, бесспорно, жемчужина Зауралья, и о Чимеевском, но есть ещё и два женских монастыря – наш, Свято-Троицкий, и Боровской в честь Похвалы Пресвятой Богородицы», – рассказала игуменья Михаила.

Возвращалась домой по-разному. В июне матушка подвезла меня до Кургана (так совпало!), а в июле я хотела доехать на автобусе из Верхней Течи до Шадринска, а затем сесть на электричку. Автобус почему-то не приехал. Я сильно промокла вместе со своим скарбом и, помолившись, вскоре поймала попутку и благополучно добралась до Шадринска. Поздно вечером села в поезд, умиротворённая, наполненная, переосмысливающая свою жизнь.

История Верхтеченского женского монастыря

В 1995 году возрождённый монастырь получил название Свято-Введенский в виду того, что в Верхней Тече существовала заимка Далматовского мужского монастыря, куда временно была переведена женская Далматовская Введенская обитель, пострадавшая после пожара. В 1764 году по приказу императрицы Екатерины II женский Свято-Введенский монастырь упразднили, а сёстры обители были распределены по другим монастырям Вятской, Костромской, Енисейской епархий, некоторые были оставлены доживать свой век в Верх-Тече.

В середине ХIX века девушка из купеческий семьи Ксения Павловна Зырянова приходит на Верхтеченскую землю для восстановления  разрушенного  храма, находящегося в четверти версты от места прежней монашеской жизни. Зырянова отстраивает храм, который освящается в честь Святой Троицы. Затем основывает на этом месте общину, впоследствии перешедшую в статус Свято-Троицкого женского монастыря.

Ксения Зырянова здесь принимает монашество и продолжает развивать обитель – строит жилые помещения, открывает школу, различные мастерские.

Последовательница первой настоятельницы игуменья Емилия приводит Свято-Троицкий монастырь к расцвету как в духовном, так и материальном плане. И строит ещё один храм – Никольский. Но двадцатый век прерывает развитие монастыря, разрушает его.

28 августа 1995 года на праздник Успения Пресвятой Богородицы в подвальном помещении холодного склада, приспособленном под церковь, совершено первое богослужение. У истоков возрождения монастыря стояли схиигумен Серафим (Стрельников) и схиигумения Серафима (Альховская), и ещё три сестры.

Верхтеченский монастырь сегодня стоит на том же месте, где был дореволюционный Свято-Троицкий. 24 августа 2023 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл возглавил очередное заседание Священного Синода Русской Православной Церкви, где приняли следующее решение: «В связи с прошением Преосвященного епископа Шадринского и Далматовского Владимира переименовать Введенский женский монастырь села Верхняя Теча Курганской области в Верхтеченский Свято-Троицкий женский монастырь, вернув ему таким образом историческое название».