Доброволец СВО из Кургана рассказал, что помогло ему выжить

«Когда знаешь, что делать, страх пропадает».

Малой пришел в редакцию в камуфляже.

— Чай? Кофе?

— Спасибо, ничего не надо.

— Может, все-таки кофе? Свежесваренный.

— Если я уже сказал нет, значит, нет.

— Не меняете своих решений из принципа?

— Не из принципа. Просто я в них всегда уверен.

«Малой» – это позывной нашего героя. Как оказалось, он вообще все решения принимает быстро и никогда не «сдает назад». Например, решение во второй раз поехать добровольцем на Донбасс он принял за минуту.

— Вышел на улицу с коллегой. Вижу пятырех у машины, копошатся в вещах. «Куда собираетесь?» — спрашиваю. «Мобилизация же, в Казахстан уезжаем», — отвечают. У меня внутри будто что-то оборвалось… Поехал в военкомат и написал заявление «на добровольца».

С первой командировкой было практически также. Вскоре после начала спецоперации, записался добровольцем. Говорит, по-другому поступить не мог. В тот день из Кургана с ним на передовую ехала группа из одиннадцати человек. На полпути некоторые передумали и вернулись обратно. Поняли, что не готовы. А Малой даже после минометного обстрела в первый день командировки не сомневался: все правильно сделал.

— Нас забросили в село Терновая, под Харьков. Мы должны были удерживать позиции до прихода основных сил. С первого же дня по нам начали работать украинские вертолеты, танки, минометы… Пыталась прорваться украинская ДРГ (диверсионно-разведывательная группа)… И так три недели. Страх был нереальный. Взял себя в руки. В боевых условиях надо учиться быстро. Всему и сразу. По-другому нельзя. Когда недалеко от меня начали взрываться мины, первое, что сделал – вырыл окоп. И потом, где бы мы ни останавливались, каждый раз копал окопы. Даже неглубокий, 20-30 см в глубину, может спасти жизнь. Когда знаешь, что делать, страх пропадет. Если мина прилетает рядом — осколки пойдут по направлению 30 градусов вверх. Так что максимум, что может быть, контузит. Но это понимаешь только с опытом, — делится молодой человек.

Поле боя.

Доброволец понял, что можно высчитать время между прилетами мин и рассчитать по звуку примерную точку падения.

— Сплю ночью в окопе, — вспоминает. — Вдруг метрах в десяти прилетает мина. Следом — вторая, потом третья… Дождался четвертой и побежал. Добежал до другого окопа и лег спать до утра. Когда проснулся, пошел на свое место, а там все перебито. Ночью коптер еще гранату скинул, она в крыше застряла. Пришлось разминировать.

Эти навыки остались с армии – Малой служил в инженерных войсках. Но многому учился сам. С пятнадцати лет в «Юнармии» и военно-патриотических клубах. Пока многие его сверстники болтались по улицам, он пропадал в лесу, оттачивая тактику и военную науку. Говорит, это и помогло быстро адаптироваться и выжить. А еще везение, конечно.

— Я не боялся ходить в разведку. Делал это часто один, без рации, бесшумно. И вот мне поставили очередную задачу. Решил сократить дорогу и отправился через лес. Там кусты огромные, деревья. Дорогу не видно толком. Много раз запинался, падал. Задачу выполнил, возвращаюсь к своим. А они на меня так удивленно и растерянно смотрят… «Что?» — спрашиваю. «Да ничего… просто там, где ты шел… еще даже саперы не работали…». До сих пор не понимаю, как я тогда выжил…, – пожимает плечами.

Случай спасал его не раз.

— Сидим, все спокойно. Решил я каску надеть – а она на полу. Только голову опускаю – осколок в окно и над головой моей пролетел. Обратно голову поднял, взял кружку и дальше чай пью. Ко всему привыкаешь.

А кого-то этот случай не уберег. Не вовремя вышел, не там повернул – какое-то мгновение и нет человека. Самое тяжелое, говорит, не сама смерть, а мысль, что этого человека дома ждут мать, жена и дети.

Про украинских солдат первое время так же думал. У них ведь тоже есть матери, жены и дети. А когда увидел в одном из городских подвалов тела мирных жителей, расстрелянных ВСУ, перестал размышлять на эту тему.

Уничтоженная техника ВСУ с крестом на борту.

***

В июле прошлого года, после двух месяцев командировки, наш герой вернулся домой.

— Курган показался мне очень тихим и красочным. Никогда раньше его таким не видел, — говорит. — Там этого не хватало. Бывало, так устанешь, что не хочется ничего, только посидеть в тишине, спокойно.

Во вторую командировку его уже назначили командиром разведподразделения. В свои 23 года Малой оказался самым опытным из всех. За это время в его подразделении не было ни одного раненого и ни одной потери.

***

После боевых командировок молодой человек по-другому стал ценить труд и внимание людей.

— Я вижу, как в магазинах все подорожало, а люди все равно отправляют в зону СВО гуманитарную помощь. Мы получали продукты, снаряжение, письма от детей. Так сразу хорошо, спокойно на душе.

Малой собирается и в третью командировку, но, когда именно, еще не определился. Пока он занят своей страйкбольной командой – натаскивает ребят и тренируется сам. Решил еще бросить курить. Ну, раз решил, значит, бросит. Он же своих решений не меняет.